«Война в Сирии для России была и остается бессмысленной авантюрой ради неоправданных амбиций» — считает российский экономический аналитик, специалист по нефтегазовому рынку, проживающий на данный момент в Норвегии, Михаил Крутихин.
По одной из теорий, российские компании якобы хотели разрабатывать сирийские нефтегазовые богатства и рассчитывали на поддержку президента Асада.
Эта гипотеза ошибочна, считает эксперт.
Ресурсы углеводородного сырья в Сирии невелики, их и до войны едва хватало на обеспечение внутреннего потребления.
Восстановление мелкой и слабой нефтегазовой промышленности Сирии обойдется не меньше чем в $ 50 млрд. Учитывая изобилие относительно дешевой нефти на Ближнем Востоке, вряд ли инвесторы будут готовы вложить средства в разведку запасов и возрождение промыслов.
Другая версия – войска РФ защищают в Сирии интересы «Газпрома», который якобы боится конкуренции на европейских рынках, и военные действия в Сирии должны помешать планам Ирана и Катара построить через эту страну газопроводы к Средиземному морю.
Эта теория также не имеет под собой оснований.
Тратить миллиарды долларов на строительство газопроводов никто не будет. Проще, дешевле и надежнее газ сжижать и доставлять морем в любую точку планеты.
Газовый рынок Европы перенасыщен предложением из разных источников, спрос на газ не растет, и ниша, образующаяся из-за падения внутренней добычи, легко заполняется другими поставщиками, а также газом из Каспийского региона.
«У России нет в Сирии вообще никаких экономических интересов, а не только нефтегазовых. Потому, причины трехлетней войны в Сирии иные», пишет аналитик.
Единственная цель, которую ставило перед собой российское руководство – демонстрация роли Москвы в решении международных проблем. Вмешательство в сирийские дела должно было вынудить влиятельные государства вступить в контакт с Кремлем, который к тому моменту стали даже исключать из таких авторитетных альянсов как «Большая восьмерка».
«Эта авантюрная война — всего лишь политическая показуха и надувание щек, которая не несет никакой выгоды и не способствует росту авторитета России. Итог ее — людские потери и огромный материальный ущерб для и без того слабой национальной экономики», заключает Михаил Крутихин.
